Про квартирник =Бобров= на О2
Эх, побывала я позавчера на Квартирнике! Самое глупое, что пришлось туда идти одной, ибо когорта полосатых сестер пошла на дурацкую репетицию новогоднего спектакля. Но я решила, что пропустить такое не могу. Вот и пошла, одиноко влеча в сумке фотоаппарат. (Раз уж такое дело, надо хоть пофотографировать - думаю) Пришла. Паспорт почему-то никто не спросил, да и списков никто не вынес. Ну и фиг с ними, паспорт еще всем показывать. Мило посидела в баре, а тут и в квартирку позвали. Дальнейшее описывать практически невозможно, потому что я все время, пока не слушала (с огромным, надо сказать, удовольствием) музыку, то ржала как лошадь. Это было нечто. Прежде всего музыканты разделились на части. В первом блоке играли Рома, Майкл, Андрей и Сергей, весело рассказывали о том, как собственно группа создавалась и как они постепенно присоединялись друг к другу. При этом они еще и "старались" скрыть, что же будет на Квартирнике дальше, кто же выйдет на сцену во втором блоке. Меня не покидало ощущение, что сама судьба соединила этих людей ...
После перерыва Андрей, Рома и Майкл нас покинули, зато пришли Вова, Тарас и Женя. Вова страшно возмущался, что всю тайну выступления(т.е. их выход) выдали и пил коньяк. Майкл переместился к Тео, отнял у нее вязаную шапку и периодически напяливал на себя. Ему шло ... Вова обозвал его мальчиком-наушником, потому что Майкл все время пытался тихонько переговариваться с Тео. На экране пошел клип "Сеточка" без звука, музыканты с энтузиазмом попытались попасть в такт, но не попали. Зал лежал. Начали читать записки из зала с вопросами, которые мы бросали в симпатишную оранжевую каску. Мою записку Вова читал долго и трудно, видать почерк у меня хреновый. Честное слово, я уже даже песен от смеха не помню. Правда, как Вова просил у звукорежиссера разрешения спеть Виски-Леди, забыть невозможно. Спели, кстати.
На третьем блоке ушли Тарас и Женя, зато снова вернулись Майкл и Рома. Закончилось все это безобразие Пьяной любовью, которую пел весь зал. Ехала в метро домой с дебильной улыбкой на лице, довольная до невозможности.